Главная

Архитектура Древнего Египта

Архитектура Древнего Рима

Архитектура Древней Греции

Архитектура Киевской Руси

Русская архитектура XVIII века

Архитектура Москвы ХХ века

Основные принципы храмовой архитектуры на Руси

Русские монастыри

Русское Зодчество

Барокко

Барокко

Архитектурные темы, возникшие в композиции построек двор¬цового типа, переходили на здания вполне утилитарные - как Адми¬ралтейство, перестроенное в 1727-1738 гг. архитектором И. К. Коробовым, Партикулярная верфь (1717-1722, И. Маттарнови), Коню¬шенный двор (1720-1723, Н.Гербель) и др. Они же возникали и на зданиях церквей, получавших вполне светский характер, что вполне отвечало содержанию процесса слияния церкви с государственной властью, происходившего в петровское время. Суховатая рациональ¬ность построения объема и ордерной декорации и характер силуэта сближали Петропавловский собор и Троицкую церковь в Петер¬бурге не только со светскими дворцовыми постройками, но и с та¬кими деловыми зданиями, как Адмиралтейство. Все вместе складывалось в очень определенный, легко опознава¬емый стиль, соединивший где-то заимствованное и свое, традицион¬ное, но и то и другое - переработанным в соответствии с задачами, которые выдвигало время. Трезвый рационализм определял общую тональность петербургского варианта стиля петровского времени. Но - задает вопрос И.Грабарь: “как могло случиться, что участие в строительстве итальянских, немецких, французских, голландских и русских мастеров не привело в архитектуре Петербурга к стилисти¬ческой анархии, к механическому собиранию воедино всех нацио¬нальных стилей, властвовавших в начале XVIII в. в Европе? ... По¬чему Петербург... получил и до сих пор сохраняет свое собственное лицо, притом лицо вовсе не чужеземное, а национальное русское?” И. Грабарь связывал это прежде всего с огромной, решающей ролью личности Петра в создании облика Петербурга и с посте¬пенно возраставшим участием русских мастеров, учившихся у ино¬земцев. Нет сомнения в значении того и другого. Однако главным была, конечно, жизнеспособность русской архитектурной традиции, открытой к развитию, гибкой, но вместе с тем имеющей прочную общекультурную основу. Многое из того, что определило новизну петровского барокко, созрело в процессах ее внутренних изменений, восприятие иного также было подготовлено ее саморазвитием. Тра¬диция оказалась обновленной, но не разрушенной, не замененной, во обогащенной чужеземным опытом, который она ассимилиро¬вала. Русская традиция прорвалась ко “всемирному и всечеловече¬скому”, вошла в систему общеевропейской культуры, оставаясь ее ясно выделяющимся, своеобычным звеном. Не только трезвый ра¬ционализм целевых установок и его отражение в стилеобразовании (простота и ясная очерченность объемов, скупость декора и пр.), но и прочная традиционная основа, по-прежнему задававшая характер пространственных и ритмических структур, определяли своеобразие русского в рамках общих характеристик европейского зодчества XVIII в. Важно и то, что новые ценности, воспринятые русским зод¬чеством, отбирались на основе критериев, связанных со специфиче¬ски национальным восприятием пространства и массы, природного и рукотворного. Изменения отнюдь не были измышленными и ис¬кусственно навязанными; их с необходимостью определила логика развития историко-культурных процессов.

[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17]