|
|
|
Русская архитектура XVIII века |
Барокко Все это было вполне обычным для русского города. Не была но¬вацией и двухчастность городского организма - очевидную анало¬гию ей можно видеть, скажем, в Новгороде. Пожалуй, несколько не¬привычна для русского города растянутость вдоль реки, которую получило левобережное поселение. Впрочем, и это встречалось на берегах крупных судоходных рек. На первом этапе строительства Петербурга новое, пожалуй, - лишь та целеустремленная энергия, с которой ресурсы всей страны направлены на создание нового го¬рода. Даже при Иване Грозном и Борисе Годунове градостроитель¬ная деятельность не имела подобного размаха и организованности. Знамением Бремени стало изменение ценностей, отраженное в го¬родских структурах. Центральную позицию в левобережной части города занял не храм или дворец, а утилитарная постройка, Адми¬ралтейская верфь. Подобные здания вместе с жильем стали “жан¬ром” архитектуры, ведущим в процессах стилеобразования. Н.Ф.Гуляницкий отметил, что панорама обеих частей Петербурга за первые полтора десятилетия его существования сохраняла вполне тради¬ционный характер. Шпили Адмиралтейства и Петропавловского со¬бора были вехами, выделявшими центры главных частей города, второстепенные узлы отмечались меньшими вертикалями, кото¬рыми дополнялась система ориентации54. Тяготение к планообразующему центру подчиняло себе уличную сеть, живописную, вопреки попыткам размечать их “линии” и подчинять им застройку. Все изменилось, когда постепенно вызревавшая у Петра -I мысль - перенести в Петербург столицу - превратилась в 1714г. в твердое решение. Для столицы стихийно сложившаяся двухчаст¬ность была неприемлема. Создание импозантного центра, которому подчинен весь город, стало вопросом престижа российского госу¬дарства, а к этому Петр относился с обостренной чувствительно¬стью. Начался поиск объединяющей идеи. Встал, несомненно, и вопрос о том образе, который должно нести новое. Размышления Петра об этом отражали мифологиче¬ский канон, которому подчинялось самоосмысление эпохи, - миф о полном и совершенном перерождении страны, о том, что распалась связь времен, старое стало противостоять новому и молодому, про¬шлое - будущему. Насильственно бритые бороды утверждали ори¬ентацию на молодость. Новым стал с конца XVII столетия сам от¬счет времени - 20 декабря 1699г. вышел Указ о введении нового летосчисления и праздновании новолетия 1 января. Новое на Руси исстари связывала с необычным, “иным”, иностранным. Петр по¬этому переодел высшие сословия в венгерское, потом немецкое пла¬тье. Но что должно было обозначить новизну и энергичную моло¬дость северной столицы? [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] |
|
| |
|
|
|
|